Родное и заграничное

Алексей Козлачков, русский писатель и журналист.

Родился в подмосковном Жуковском в 1960 году. После окончания военного училища более двух лет служил в Афганистане. Затем учился в Литературном институте в Москве, работал в центральной печати журналистом, издавал собственные газеты и журналы. Печатался с очерками и рассказами в различных литературных изданиях. Широкую известность писателю принесла повесть “Запах искусственной свежести” (“Знамя”, № 9, 2011) об Афганской войне, которая в следующем году была отмечена «Премией Белкина», как «лучшая русская повесть года». В 2014 году издательство ЭКСМО выпустило большой том прозы писателя. В начале 2020 года в издательстве Питер вышла новая книга избранных военных повестей и рассказов «Батальон в пустыне».

С 2005 года живет и работает в Кельне. Много лет Алексей Козлачков в качестве гида возил по Европе русских туристов и делал об этом остроумные записи в своем блоге. В переработанном виде многолетние записки составили основу новой книги "Туристы под присмотром", очерки и рассказы из которой мы публикуем на нашем сайте. Кроме того, мы регулярно публикуем здесь очерки и рассказы писателя на самые разные темы — о жизни, политике, людях. Блог Алексей Козлачкова на ФБ: facebook.com/alex.kozl

Пригород Стамбула, но всё-таки Пендык.
31 ДЕК. 2020 | 02:34

Рывок на Пендык

Как я попытался омочить сапоги в Босфоре.

Мне нужно было срочно в Россию – в конце октября по безотлагательным бумажным делам. Я всё ждал снятия карантина и возобновления перелетов, но оказалось, что хоть прямого сообщения с Россией нет, есть много кривых рейсов, в основном, через Турцию, да и в общем через черт знает что – Лондон, Литву-Эстонию, Стокгольм, можно даже через Австралию. Лететь минимум 10 часов (это еще поискать), но можно даже и сутки – против обычных трех из Кельна до Москвы. Болтаться в воздухе 10-15 часов вкруголя с пересадками мне не улыбалось, и я попробовал было решить проблему оформлением доверенности в консульстве.

Но оказалось, что это ещё сложнее, чем прилететь, и по времени больше: придётся туда ездить несколько раз, потому что ни разу не было чтобы всё там было с первого раза, и, как оказалось, по деньгам тоже ненамного меньше, чем перелёт взад-вперёд в Москву и обратно. Ведь русские консульства за рубежом служат исключительно для испытания любви к Родине, методы игнорирования сограждан доведены у них до степени высокого искусства. За три недели я буквально расшиб лоб в попытках записаться на приём через ихний сайт, и мне ни разу не удалось до них дозвониться, чтобы спросить какого и почему он не отвечает на мои ожесточенные тычки и запросы...

Пришлось лететь.

Полетел я через Стамбул – самый короткий путь, и недорогой. Всего около 11-часов: 3 до Стамбула, 4 с хвостиком в Стамбуле, и 3 с небольшим до Москвы. Раньше, работая в туристической фирме, я жил в дороге месяцами, но уже несколько лет этим не занимаюсь, отвык, и такое путешествие на перекладных с долгими ожиданиями по пути стали для меня испытанием во всех смыслах – и физически, и психологически. Занятие, конечно, в дороге найти себе нетрудно, и даже на те четыре с половиной часа между рейсами тоже. Можно, например, спать. Тем более, что летел я в ночь, в самолётах бюджетных рейсов спать неудобно, коленки упираются (а они длинные), спинки не откидываются, можно было в турецком аэропорту вытянуться на лавках – подремать. Можно читать, слушать книги или музыку, а можно просто пить – в дороге это особенно увлекательно, связка дорога-пьянство столь онтологична, как война и земледелие. Но всё равно скучно. Если уж я решился на такие перелеты, то не хотелось торчать в аэропорту, хотелось что-нибудь повидать. Хорошо бы Стамбул, в котором я еще не был, Айя Софию, улицы старого города, кафе... Я когда-то начинал читать книгу про Стамбул Орхана Памука, увлекся началом, да решил отложить, такие книжки надо читать в преддверии поездки. Вот сейчас бы я по случаю взялся. Ещё никуда не заглядывая и не представляя масштабов этого города, я уже начал мечтать об этой авантюре. Ну, авантюрой это предприятие было потому, что, имея в запасе немного времени, всегда есть возможность опоздать на самолет, а мне было никак нельзя, я летел к твердому сроку. В этих мечтаниях мне даже один раз незнаемый мною Стамбул приснился: какие-то старые стены и сама София, знаемая по картинкам.

Словом, я начал готовиться: смотреть карты, читать всякое в интернете. Быстро понял, что осмотр исторической части Стамбула из этого аэропорта, через который я летел, мне не угрожает, на это нужно бы 8 часов, как минимум, да и то на бегу. У меня же было только четыре с половиной (в реальности оказалось почти 6, но все равно мало). Я летел через Сабиху Гёксен, это аэропорт в азиатской части Стамбула – в 45 км от центра, но, как пишут бывалые, в одну сторону от него до центра дорога займет часа два, при неудаче и пробках – все четыре. Прежде в Стамбуле был аэропорт имени Ататюрка, вот он был на европейской стороне недалеко от центра, и из него можно было осмотреть старый город, даже если у тебя всего четыре часа. Пару лет назад его закрыли, с тех пор как построили гигантский Новый аэропорт, там, говорят, одних гейтов больше тысячи. Он хоть и стоит тоже в европейской части, но от центра еще дальше Сабихи – 50 км.

Эх, а я уж даже за турецкий язык взялся. И изучал его в течение трех недель, уверенно освоив приветствия и вопросы о дороге. Правда, так и не пригодилось, когда пришлось – в момент вылетело все из головы от волнения. Я даже по ходу рытья необходимой информации прочитал про эту Сабиху Гёкчен. Оказалось, что это знаменитая турецкая лётчица средины 20 века, приёмная дочь Кемаля Ататюрка. Он её взял из детдома, ему понравилась девочка сирота с красивыми голубыми глазами. Она оказалась бойкой, смышлёной, захотела стать летчицей, при таком отце могла стать, кем захочет. Она много всяких подвигов наделала в воздухе и на земле, училась, в том числе, и в Советском Союзе, а когда умерла, то оказалось, что она армянка по происхождению, оттого и попала в детдом, что ее родители были убиты во время армянской резни. Вроде бы от этого случился в Турции скандал, но было уже поздно, ее поместили на всех открытках, во всех пантеонах.

Словом, не хотел я сидеть в аэропорту. Если уж мне суждено 11 часов мучиться в перелете, то надо что-нибудь увидеть, подумал я, ну хоть что-нибудь – только не лавки в аэропорту. А вот увижу-ка я с утра Мраморное море, – мечталось мне, – омочу там ритуально свой сапог и к тем самым символически воспроизведу главную русскую геополитическую мечту "о проливах", выпью турецкого кофея на набережной, посмотрю на корабли, которые плывут в Босфор, и станет мне хорошо, не зря летел. Будет вообще замечательно: вечером в Кельне, ночью в небе, на рассвете (самолет прилетал в 5 с чем-то утра) – купаюсь в Мраморном море, а к обеду уже буду в Москве закусывать с родными и близкими. Стоило попробовать.

Мой маршрут. Я прокладывал его с большим тщанием.
Мой маршрут. Я прокладывал его с большим тщанием.

Я посмотрел по Google карте, что ближайший поселок у моря находится всего в 16 км от аэропорта по шоссе. Как утверждал маршрутизатор, езды было всего двадцать минут. И главное, что мне еще понравилось – это прекрасное имя поселка, чрезвычайно благозвучное и многообещающее – Пендык. Ну-с, в Пендык-то я не мог не поехать, губы сами повторяли раз за разом – Пендык, Пендык, Пендык. Я прочитал также, что Пендык это бывшая рыбацкая деревня (а что на море не бывшая рыбацкая деревня? Наверное, даже и сам Стамбул), разросшаяся в промышленный пригород и в конце 20-го века ставший восточным районом Стамбула, в котором нынче проживает 650 тысяч человек (ничего себе поселок!), и ему принадлежит целых 7,5 километров Мраморного побережья. Название – трансформация греческого Пантейхион, до начала 20-го века здесь жили греки, но потом Турция с Грецией поменялись населением некоторых земель. Все это, конечно, лишние знания для мимолетного посещения объекта, но Пендык становился для меня заветной мечтой, на ходу насыщаемой почти мистическим содержанием. Я тупо проглатывал какую-то совершенно ненужную мне информацию про него – все что попадалось. Например, прочитал, что здесь находится база ВМФ Турции и, может быть, мне удастся увидеть военные корабли где там… где обычно стоят военные корабли? "На рейде", наверное, где же еще им стоять. Знать бы еще, что это такое этот "рейд". Вот с детства знаю это слово, а его значения так и не разумею. Может, теперь уж так и оставить? То есть слово можно понимать как-нибудь так интуитивно: видишь корабли в море, которые стоят не так уж чтоб далеко, но и не так уж близко – значит, ясное дело – "на рейде".

Вот так выглядят, как я понимаю, корабли на "рейде"в Пендыке.
Вот так выглядят, как я понимаю, корабли на "рейде"в Пендыке.

А еще узнал, что в Пендыке целый год преобладает северо-восточный ветер Пойраз, который приносит холодный и сухой воздух, и только небольшое время в году вихры местного населения теребит теплый и влажный юго-западный ветер Лодос. О, злой и холодный Пойраз и теплый и ласковый Лодос! Как же я хочу ощутить ваше дуновение на моих мужественных щеках, хочу, чтоб вы слегка взлохматили мои еще достаточно обильные волосенки на голове. И в принципе, мне даже всё равно, кто из вас окажется на месте – теплый или холодный, Пойраз или Лодос, да любой, мне вот как раз сейчас так не хватает морского ветра. Тем более, что теперь все чаще задумываюсь о том времени, когда уже не будет ни Пойраза, ни Лодоса. Так что даже лучше, если вы будете сразу оба.

Место хоть и не отмеченное историческими памятниками, о чём я прочитал, но приятное – есть небольшой порт и верфь, прекрасные виды на море, приморский бульвар и парки вдоль набережной, видно, как плывут большие корабли в Босфор – просто счастье после многомесячного сиденья на карантине и предстоящей холодный Москвы. Я даже кафе нашёл отличное вблизи набережной – вид на море с веранды, буду пить кофе и смотреть на плывущие мимо корабли, надо биноклю взять. Слеза уже заранее текла. Я даже примерную стоимость такси узнал.

Кафе, в котором я вынашивал дальнейшие планы.
Кафе, в котором я вынашивал дальнейшие планы.

И мой вполне приличный ужин.
И мой вполне приличный ужин.

Но – утреннего Пендыка и плавающих вокруг него кораблей мне было увидеть не суждено. Когда я долетел к утру до Стамбула, воля моя была подорвана ночным перелетом, я как-то не учел, что мне придётся проходить ещё два раза паспортный контроль туда и обратно, не был уверен, что выход из аэропорта свободный и не нужно будет что-то объяснять – пандемия ведь, опасался утренних пробок, о которых начитался в интернете, а главное – в случае опоздания на самолет в опасности оказывался визит к нотариусу, назначенный за несколько месяцев до того и ради которого я, в основном, и летел в Москву, – всё-таки план был немного авантюрный. Так что – трезвость победила, и я провёл эти пять часов в традиционным аэропортовском пьянстве, благо, виски было хоть залейся...

***

Досада на свою нерешительность и мечта о неувиденном Пендыке мучили меня всё время пребывания на родине, и на обратном пути я решил всё же осуществить свой план во что бы то ни стало. Тем более, что терять мне было уже нечего, ну – кроме денег и времени. Если бы и опоздал на самолёт, то полетел бы на следующем, никаких визитов в официальные учреждения в Германии у меня не планировалось. Одно только плохо –кардинально изменилась экспозиция: на пути в Россию я собирался посетить море и Пендык на рассвете, а теперь вот придется – после заката. Это, конечно, немного меняет перспективы осмотра морских просторов.

И хотя времени на обратном пути у меня было меньше, всего часа три с половиной, я почувствовал свободу. Когда большая часть толпы с московского самолета пошла в транзитную зону, я уже решительно пошел на паспортный контроль. Довольно быстро его прошел, поменял 50 евро на турецкие лиры, покурил на вольном турецком воздухе и сел в подъехавшее такси. Трехнедельных занятий турецким (правда, серьезно подпорченных нетрезвым пребыванием на родине) хватило, чтобы сказать водителю "мерхаба", показать ему на заранее соскриншопленной на планшет карте, куда мне надо (я даже адрес кафе выписал), а слово кафе – международное. И мы помчались по широченному, почти пустынному шоссе к морю – было уже послепробочное время – около девяти и в Москве, и с Стамбуле. И действительно, минут за 20 (все-таки была одна какая-то пробочка, но таксист ехал по выделенной для кого-то полосе) мы добрались до Пендыка, до этого самого кафе и меня высадили на набережной.

Глазам не верю – я в Пендыке, на Мраморном море, кругом сплошные турки, само море – абсолютно черное пространство и – огни, огни – видны силуэты далеких кораблей. И теплый морской ветерок мне в лицо. Ну да, это именно он. О божественный Лодос! Мне необыкновенно повезло. Ведь мог бы быть не менее божественный, но более холодный Пойраз, он-то чаще дует. Нельзя не усмотреть в этом некоего Указания.

Что удивило – около 9-ти вечера на пустынной, плохо освещенной набережной редкие прохожие – и все в масках. А я уж было расслабился, долетел-доехал, Турция – здесь, наверное, на карантинные правила наплевать (почему-то подумалось мне), а тут в ночной темноте на пустынной набережной – и все в масках! Торопливо достал из кармана снятую и натянул на физиономию. Но еще больше меня удивили многочисленные рыбаки, которые со светящимися удочками вышли на вечерний (ночной) лов на эту же набережную. Они стояли на больших камнях-валунах, которыми было занято пространство от бруствера набережной до воды, и почти все они тоже были в масках! Этого уж я никак не ожидал, ничего себе – турецкое правосознание. Разве что они опасались какой-нибудь ночной морской полиции, которая барражирует вдоль берега на катерах и в приборы ночного видения высматривает, кто из рыбаков в масках, а кто нет, а потом штрафы рассылает – прям на вмонтированные в удочки приемники.

Я записал для близких друзей небольшое видео с собой и черным провалом моря, они очень переживали за мою авантюру, и осуществил задуманное – прополз по этим мокрым камням до воды, придерживая сумку с самым драгоценным - только что купленным компьютером и – ритуально обмочил оба ботинка в море на подступах к Босфору (сапог в наличии не оказалось), едва туда не соскользнул. Вот бы было весело - утонуть в Константинополе.

Валуны, с которых я всё-таки омочил свои "сапоги".
Валуны, с которых я всё-таки омочил свои "сапоги".

Потом я решил немного прогуляться вдоль набережной и, может быть, даже чего-нибудь выпить для усиления состояния просветления и радости – вот он, Константинополь! Многовековая русская мечта и мистическое притяжение центра восточного христианства. Хотя, конечно, этот Пендык – жалкие задворки Константинополя, в 1878 генерал Скобелев даже ближе к центру подошел, он остановился в Сан-Стефано, в 10-ти километрах от центра на европейской стороне Стамбула, там сейчас фешенебельные виллы богатых турок с видом на море, и там же был подписан затем Сан-Стефанский мирный договор. Ну, так вот он в 10-ти, а мне до центра целых 40, можно сказать, что я и не в Константинополе, а на дальних подступах. Чего ликовать-то? Но ликовалось – выбрался из затхлого аэропорта на морской простор, на теплый ветер после холодной Москвы.

Я прошелся по набережной. Для вечерней полупустынной набережной набор предложений был немного странный – через метров 15-20 стояли небольшие передвижные ларьки, где продавались всевозможные сладости, чай, безалкогольные напитки. Пива не было, я бы выпил. Интересно, а спиртное в Турции публично продают? Этого я не знал, здесь, по крайней мере, не было. Продавцы и какие-то их помощники, какой-то торгово-вспомогательный кордебалет из одного-двух неглавных участников процесса (я заметил, что в южных странах редко что-то делают по одному, в том числе, и торгуют, - может быть это в целях безопасности?), – все они смотрели на меня с интересом, видимо, хаотичностью и разнонаправленностью своих движений я выбивался из привычного людского потока, сразу видно – не местный. Все просто идут мимо туда или сюда, а что можно ожидать от человека, который сначала начал снимать себя на фоне морской черноты и непроглядности, а потом полез к морю по скользким валунам с компьютерной сумкой на боку – совсем ненормальный. А теперь еще мечется по набережной, озирается. Явно не знает куда идти, зачем тогда приехал?

И я действительно не знал, куда бы мне теперь пойти.

В то кафе, которое я отыскал еще из дому, по карте – идти, пожалуй, смысла не было, оно оказалось на горке метрах в 100-150 от моря, до него еще надо было добираться, перейти через скоростное шоссе – целый километр, наверное, станет обиняками, но главное – если днем бы из него был отличный вид, может быть, лучший в округе, то сейчас – только чернота. Зачем мне чернота? Мне не нужна чернота, её и отсюда хорошо видно.

И я побрел на огни возле небольшого причала для яхт и некрупных корабликов, там было что-то вроде торгового центра – прямо у воды, и, наверняка, были какие-нибудь кафе. Там я надеялся поесть, посмотреть на яхты и море и потом оттуда – из кафе или ресторана вызвать такси и поехать обратно в аэропорт. Вот и все запланированные для Пендыка мероприятия, да и то впопыхах, на большее просто не хватило бы времени.

На набережной мне еще встретилось странное предложение для гуляющих – стрельба из ружья в сторону моря по развешенным в три ряда шарикам. Развлечение, скорее, для детей. Но какая радость стрелять по ним ночью? Совсем не понятно. Может быть, это предложение для пьяных ночных гуляк? Как в Питере, начиная часов с 10-ти – 11-ти вечера по Невскому начинают разъезжать барышни на конях и предлагают загулявшим мужикам покататься за бешеные деньги. Говорят, бизнес процветает, поскольку базируется на неконтролируемых пьяных завихрениях клиентов, а некоторые лезут целоваться и обниматься с лошадьми, как кстати, и я сам с приятелем в последний свой приезд в Петербург. Кататься мы не стали, а вот обниматься полезли. Для нас все обошлось, а вот недавно передавали, что одному нетрезвому мужчине обиженная лошадь откусила даже нос. Хорошо, что нам не откусила. А тут, наверное, пьяные турки (интересно, а бывают ли турки пьяными? Я просто не знаю.) могут начать стрелять не по шарикам, а по продавцу, тем более темным вечером. Но я был еще трезв, поэтому возможностью пострелять в сторону моря не соблазнился.

Странное развлечение: стрельба по шарикам ночью...
Странное развлечение: стрельба по шарикам ночью...

и днём
и днём

Вскоре я нашел прекрасное кафе у самого причала, вблизи колыхались мачты яхт, а вдали светились очень большие корабли, заказал турецкой еды и чаю. Еду заказал, напропалую тыкнув в карту, слава богу, она была с иллюстрациями, времени на внимательный выбор уже не было. Я сидел на открытой веранде, обращенной в море и, несмотря на конец октября, было очень тепло, молодежь, сидящая в кафе, была легко одета. Когда улетал из Москвы, курили с братом на прощанье перед аэропортом, и даже в тёплых куртках замерзли, продуло на ветру.

Еда оказалась вкусной, я выпил чаю и закурил. Уходить не хотелось, сидел бы и сидел. Море, особенно ночное – с дальними огнями, с проходящими вдали многооконными пароходами, в которых "другая жизнь" – радостная и беззаботная, так по крайней мере всегда кажется с берега, вселяет в человека смутную экзистенциальную тревогу – о своём несбывшемся и о том, что уже никогда не сбудется. Да и хрен с ним! Обычно в этот момент хочется выпить-закурить, тупо посмотреть в эту морскую черноту и даже пролить "невидимую миру слезу". Может, за этим я сюда и приехал, не отдавая себе точного отчета? С другой стороны, такой пристальный мгновенный взгляд в себя с последующим раскаянием можно устроить где угодно, для этого не надо ехать в Пендык. Хотя в Пендыке-то, у моря и на пороге Босфора - это все получаешь просто гарантированно, особенно, если ничего кругом не видно, а только ветер с моря и турки, и только черный провал моря и огни, огни. При помощи вентилятора экзистенциального просветления достичь невозможно. Я, кажется, смутно чувствовал это, когда планировал эту поездку...

Но мне уже надо было в аэропорт.

Я расплатился жирными чаевыми – в надежде на сотрудничество в вызове такси или хотя бы на консультацию. Официант был очень доволен чаевым, расстилался, улыбался, и даже поклонился слегка, но такси не вызывал. Может быть у них это не принято, хрен знает. Спросил его по-английски, не мог бы он вызвать такси? Не знаю, он понимал ли по-английски? Но слово "такси" все понимают, и еще для верности – показал ему жестами телефон у уха – кто ж не поймет.

Официант улыбнулся, но к телефону не побежал, а объяснил мне на словах (простых турецких) – куда мне нужно идти, чтобы вызвать такси. Из длинной и вполне дружелюбной речи я понял два слова и два жеста. Одно слово было, видимо, название магазина или какого-то определенного места здесь недалеко – это я понял. Второе слово было, конечно, такси, только полный дурак не поймет. При этом он постоянно махал рукой, указывая направление, а в конце сделал еще один жест большим пальцем – будто бы что-то нажимая. Из чего я понял, что там просто надо кнопку нажать. В ответ я сказал выученные по-турецки "спасибо, до свидания" и пошел искать эту кнопку.

Действительно, метрах в 50-ти оказался супермаркет с таким названием, и я стал искать какую-то стоянку такси или какую-нибудь кнопку, на которую нужно было нажать для его вызова. Ничего подобного не нашёл, стоянка была, но не такси, а просто автомобилей, и на ней терся охранник. Зашёл в супермаркет, спросил по-английски и жестами у продавщицы - где здесь такси? Она любезно вышла со мной из магазина и показала на неприметный жёлтый столбик, стоящий рядом со стоянкой автомобилей, на столбики было антенна и большая красная кнопка. Милая турецкая женщина жестом показала, что на неё надо жать, а звонить вовсе не надо (на каком бы я языке позвонил в турецкое такси?), и тогда машина приедет.

Стоянка, где все происходило — крестами красными помечена будка охранника, а за черной машиной как раз желтый столбик такси.
Стоянка, где все происходило — крестами красными помечена будка охранника, а за черной машиной как раз желтый столбик такси.

Ну-с, думаю, всё на редкость удачно и прекрасно, щас каак нажму – приедет быстрое такси, прощай Пендык, прощай Лодос, я уже сроднился с вами за три недели подготовки и час пребывания, увидимся ли когда-то еще? Здесь у вас прекрасные макароны, чай, рыболовы и кошка на набережной (чуть не забыл, там еще роскошная кошка сидела на набережной – возле ружья и шариков). Непроглядное море, которое я в сущности не видел, дало лишний повод заглянуть в себя и немного погрустить на морском ветру, дома в Кельне грустить будет некогда.

Жму на красивую кнопку. Там какой-то динамик, что-то шуршит и, очевидно, куда-то передает сигнал, на столбике небольшая антеннка. Сигнал улетел, остается дождаться такси. Я достаю сигарету - успею ли докурить? Вон, в России, когда вызываешь по Яндексу – так и докурить зачастую не успеваешь, как и в Германии по телефону, чувствуется, все стоят и только и ждут, когда же их вызовут. Наверное, и здесь также, эвон какое правосознание – с этими масками, выше, чем в Германии, уж там рыбу-то ночью ловят, поди, без масок. Наверное, и такси приедет быстрее.

Сигарету я докурил, а такси всё не приезжало. Ещё, что ли, покурить? Как-то становится немного нервно. Хотя прошло всего пять-семь минут, но просто никакого движения нет, шуршание в столбе прекратилось, немного неуютно – стоишь тут как столб – у столба, а вдруг они сигнал не уловили? Ответа-то нет. Закурил-докурил и вторую – такси все не было. Это уже минут 10 прошло. Ко мне подошла женщина с грустными умоляющими глазами, я от нарастающего напряжения сдуру подумал, что может она что-то знает про такси и хочет мне теперь сказать (чего только не придет в голову от волнения). Но она стала что-то канючить, протягивая руку. Ага, милостыню просит, ну, ладно, ну, конечно. У меня этих ваших денег – девать некуда, я скоро улетаю, зачем они мне – и я дал женщине немного денег.

И нажал на кнопку еще раз. Помощнее так нажал, поотчетливей, пусть знают. Наверное, я втайне надеялся, что это повлияет на качество передаваемого радиосигнала. Динамики опять пошуршали, кнопка погорела (она еще и зажигалась при нажатии – все признаки того, что идут какие-то процессы) и погасла – сигнал ушел. Но, видимо, не той дорогой, до нужно места так и не дошёл, прошло еще десять минут, а такси все не приезжало. Я начинал уже сильно волноваться и опять нажал на красивую кнопку еще раз 5-7. Шуршание, загорание, затухание – и все. И главное непонятно – дальше жать и ждать, или все бестолку, и спросить-то некого.

Тут ко мне подошла еще одна женщина, уже с ребенком, но тоже с очень печальными глазами и тоже стала просить денег. Наверное, первая женщина послала сюда эту вторую и сказала, что там вон стоит какой-то иностранный балбес, такси к нему не едет, но денег всем дает. Ну, я опять дал, турецких денег у меня почему-то оказалось полные карманы, тем более, когда им точного свету не знаешь – легко давать. Но все равно - покупать мне больше нечего, пока я окажусь в Турции другой раз – все это уже будет ничего не стоить, или стоить существенно меньше, да и так, в сущности ерунда. Потом еще подходили два раза, но уже мужчины, и у меня для всех для них что-то находилось, хотя уже немного меньше. Мне и самому пришла в голосу мысль, что этой бульварной благотворительностью я как будто хочу откупиться от Пендыка, чтоб отпустил. А сам Пендык приобретал в моем испуганном сознании некоторые черты одухотворенности.

Черт, совершенно непонятно что же делать?! Такси все не приезжало - одни только турецкие нищие, может, они в сговоре с таксистами, те задерживаются, а эти собирают дань, потом делятся? Куда бежать и какая вообще есть альтернатива? Помню, в Италии в Вероне, в еще досмартофонные времена так же ночью шлялся по незнакомым местам, и тоже непонятно было – где взять такси? Но потом дошёл до какого-то отеля и оттуда вызвал, бывало, что вызывали из кафе, вроде бы так просто. Но здесь в кафе мне отказали, а где здесь отели поблизости, я просто не знаю, да и интернета у меня нет, смартфоном я не пользуюсь. Впрочем, у меня нет не только интернета, но у меня нет уже и времени. До вылета оставалось чуть больше часа. Мне ещё надо доехать, пройти эти проверки и контроли и явиться на посадку хотя бы за 30 минут. Проблему нужно решать здесь и сейчас, но только как?

Рядом на стоянке расхаживал какой-то охранник, руководил шлагбаумом и проезжающими автомобилями... Я к нему: трам-пам-пам, парам-парабам – такси! – на всех известных языках объясняю я охраннику, он, вроде, сразу понял, но показывает на это хренов столб с кнопкой. А ему опять: Трам-парам-пабам, ёптвм! Не работает же, не видишь? Он мне – знаками и по-турецки: ну звони, мол, там телефон на столбе написан! Да, б…, как я тебе позвоню, я, что, по-турецки знаю? Он: ладно, щас, погоди немного, хрен с тобой, позвоню я тебе, чурка ты сраная, понаехали тут.

И действительно, берет свой телефон, подходит к этому столбу, и набирает номер. А ведь действительно, думаю я, всяким заезжий придуркам, не знающим турецкого языка, не назвонишься из собственного телефона.

Человеколюбивый турецкий охранник ждёт ответа из телефона, и я тоже жду ответа из его телефона даже еще больше, чем он. Турок что-то хмуро говорит в телефон, ему тоже что-то там говорят, причем по-турецки, потом он отнимает его от уха, хмуро разводит руками и говорит: "Такси йок!"

Ну, йок-то - это даже такие полиглоты как я сразу понимают, это примерно означает – хрен тебе, а не такси. Сломалось твое такси или вообще его нет в природе – йок!

Я ему: ну а что делать-то? У меня самолёт скоро улетает. Показываю ему на часы и рукой как улетает самолёт.

Он пожимает плечами, не его проблема, понаехали тут. Но потом вроде бы показывает мне рукой куда-то ближе к шоссе, там, где оно дает небольшой изгиб и там, якобы мне следует поискать машину или поймать её, – так я понял.

Я уже буквально побежал туда, никаких такси там не оказалось, стояли вдоль дороги какие-то машины, но водителей в них не было. Сейчас я готов был заплатить любые деньги, всё равно опоздание на самолет обошлось бы дороже. Но машины были пустые, даже заплатить было некому.

Я стал голосовать. Никто не останавливался, машины просвистывали на большой скорости и уезжали в тоннель, это было скоростная дорога вдоль моря до аэропорта и еще куда-то. На вытянутую руку – вообще никакой реакции. Так прошло еще минут 15-20, времени уже оставалось в обрез, даже уже бежать куда-то и что-то искать стало поздно. И если вот прямо сейчас не случится чуда. Эх, зря я прощался с Пендыком, будет время для более подробного осмотра.

С одной стороны, у меня началась уже паника, я просто не знал, что теперь делать. Какой-то Пендык, твою мать, стоишь здесь, как полный дурак, с компьютером в сумке (это я предполагал поработать в дороге, вот теперь всю ночь буду работать) в незнакомом месте и не можешь из него уехать, а самолет уже почти улетает. Вам захотелось Пендыка? Нате вам – полный пендык! С этим словом, я заметил, особенно хорошо получались выражения, означающие, скажем так – необратимость конца, рассеивание иллюзий. Ну, короче, близкие по смыслу нашему ёмкому слову на букву "п", даже уточнять не надо. Я стал улавливать в этом определенную символику.

С другой стороны, какой-то не охваченной паникой стороной сознания я уже начинал разрабатывает альтернативный вариант событий. Ну, что ж – в аэропорт я всё-таки рано или поздно доеду, пусть даже самолет улетит. Что тогда? Купить новый билет на завтра до Кельна? Со мной уже бывали такие опоздания и ночевки в малознакомых местах. Ничего ужасного, кроме выговора от жены, мне не светит. Надо только придумать удовлетворительную историю моего опоздания на самолет, чтоб как-нибудь не я был виноват, а подлые обстоятельства, погодные условия, климат, враги. А то не избежать многочисленных упрёков в якобы свойственном мне раздолбайстве. А если билеты взять так же на вечерний рейс как сегодня, то даже и прекрасно, лучше не придумаешь. Тогда, значит, я завтра с утра осмотрю исторический центр Стамбула, и мне уж точно на всё хватит времени. Да и теперь ещё вся ночь впереди, можно многое успеть. Можно даже сказать, что мне очень повезло, спасибо Пендык, что из тебя нельзя уехать (я уже совершенно очевидно разговаривал с ним как с разумным существом). Чаял ли я, что нежданно-негаданно подробно осмотрю центр Стамбула – Святая София, Святая Ирина, Голубая мечеть, Дворец Топкапы, Египетский рынок – эх, разгульнемся! Я уже выучил все достопримечательности наизусть, может, сразу уже туда и поехать - найти там гостиницу и там же переночевать? Нет, все же сначала билет на самолет-паровоз. Еще одна проблема – багаж, вот интересно – его выгрузят? Однажды в Москве, когда я прошел контроль, но спьяну проспал посадку – его выгрузили, а сейчас вот даже не знаю, трудно представить, что в этом самолетном багажном навале можно отыскать именно мой багаж. Или его все же отправят без меня в Кельн? Потом замучаешься этот багаж выковыривать из этой авиационной зубодробильни. Помню-помню эти мытарства, матушка однажды прилетела без багажа, так недели полторы выковыривали.

Я уже даже голосовательную руку опустил, занятый этими сладкими мечтаниями о том, как мне будет завтра хорошо в Стамбуле, а, может быть, уже и сегодня. Денег мне, в принципе, должно хватить. Я опустил поднятую руку и в уже практически в спокойствии душевном ещё раз закурил. Куда теперь спешить? Я уже около полчаса здесь стою и даже варианта, чтоб кто-то тормознул, не было. У меня, в принципе, времени осталось менее получаса, чтобы ещё куда-нибудь успеть, ели вот сейчас вдруг с неба упадет такси, и потом поедет на большой скорости – тогда успею.

И тут, не поверите, прямо к моим ногам подъезжает шикарное такое, черное и просторное такси (я уже руки не держал), – практически упало с неба. Я даже успел почувствовать мимолетное разочарование, рушилось сладкое, намечтанное на завтра упивательство древним городом, св Константин, взятие Константинополя, помню, долго стоял во Дворце Дожей перед картиной Тинторетто с таким же названием, хотелось бы произвести рекогносцировку на местности. Ээх, мечта на глазах рушилась.

Но трезвым умом и трезвым же страхом я понимал, что лучше все же улететь сегодня во избежание осложнений, пандемия свирепствует, карантин с каждым днем усиливается, могут быть и музеи закрыты, да и вообще – перекроют все и не выберешься отсюда. Так что это само пендыкское Провидение подсовывает мне в последний момент щепку спасения, так почти не бывает. Наверняка это сам Аллах и пророк его Магомед воззрили на мя, и за пусть нещедрое вспомоществование в пользу обездоленных простых мусульманских граждан – послали мне это прекрасное такси, на котором я успею к самолету.

Из такси вылезли три турецкие женщины в характерных мусульманских платочках. Надо сказать, что там много женщин и без платочков ходит и даже в очень коротких юбках бывает (в самолете из Кельна со мной летела молодая турчанка, так там юбка была сантиметров на 20 выше колен, да еще спереди две створки юбки расходились при движении, так даже в Германии носят только проститутки. Но тут вылезли именно в платочках – явный намек на вмешательство высших сил, иначе бы вылезли в коротких юбках, как я понимаю. И еще последняя женщина, замешкавшись, не выбралась из авто, как я, вообще ничего не спрашивая, вскочил на заднее сиденье и потом уже сказал "мерхаба", и что мне надо в аэропорт и для верности еще рукой изобразил - ууу - взлетающий самолет. Ну, думаю, если упрется, что ему надо в другую сторону, предложу любые деньги.

Но водила - такой щуплый чернявый юноша, впрочем, там все чернявые, белобрысые турки мне еще не попадались даже в Германии, он не упирался, а только улыбнулся мне, и мы рванули. По совершенно пустому ночному шоссе, машин вообще почти не было. Пацанчик оказался очень дружелюбным, практически ласковым. Решил со мной поговорить по-английски, для этой цели он мне сказал: "Вот из лав ю?" – с вопросительной интонацией. Я некоторое время попроговаривал эту фразу про себя, чтоб понять, что он от меня хочет. Но потом вдруг понял, что это совершенно замечательная фраза, до который бы не додумался никакой природный англичанин, тем более американец. Тут ведь в одной короткой фразе содержится сразу и вопрос об имени, и признание в любви. Ну я ему и ответил, что зовут меня Алекс, и я его тоже лав ю. Его, как оказалось, звали Микки, наверное, какое-то древнее турецкое имя, хоть и немного похоже на Микки Мауса. Не исключено, что Дисней как раза взял своего героя из древнетурецких мифов и легенд, даже наверняка.

Он ещё спросил откуда я и куда? Ну, я сказал откуда и сказал куда, тут-то мы сразу и приехали, хорошо поговорили. Я расплатился почти двойной суммой, чему он очень удивился, долго благодарил и даже вышел помахать мне ручкой.

А я высадился возле здания аэропорта, стояла прекрасная ночь, мне все удалось, и даже осталось по моим подсчетам еще минут десять, которыми можно рискнуть и еще немного подышать вот здесь на улице, покурить и может быть, выпить напоследок турецкого чаю. Мне уже очень не хотелось заходить в этот сверкающий огнями шумный аэропорт, почему-то турецкая тишина и темнота стали восприниматься как близкое и сокровенное, а аэропорт – как чужое и блестящее. Может быть, это отторжение от блеска в целом. Но стоять возле ларька со стаканчиком купленного там чая и курить напоследок было так тепло и уютно, что опять мелькнула дикая мысль – а не остаться ли здесь несмотря ни на что, ну хотя бы еще на сутки.

Но не остался…

Начало декабря 2020


31.12.20 Рывок на Пендык 04.07.20 Немецкий поход и как в нем выжить без пива и компаса 27.03.20 Ирландские очерки, заключительная часть. Скалы Мохер – декорации к Гарри Поттеру 10.02.20 Ирландские очерки. Великий картофельный голод и крепость короля Джона 30.12.19 Любовница Рафаэля 19.12.19 Ирландские очерки. Ирландский язык, полиглот Мэрфи и во что одеты дублинские женщины 05.12.19 Декан Свифт и дублинские пьяницы 25.11.19 Ирландские очерки. Архитектура, музыка и запах старых библиотек 17.11.19 Ирландские очерки. Путем Блума через пабы 11.11.19 Ирландские очерки. Литература, Гиннес и всепобеждающая хореография 22.08.19 Бык Маллиган, башня Мартелло и стрельба из пистолета в замкнутом помещении 26.12.18 Венские очерки. "Чувство Вены" 11.12.18 Венские очерки. Гламурная икона XIX века и трудоголик Франц 05.12.18 Венские очерки. Штрудель, Захер, Гофмансталь 15.10.18 Венские очерки. Самое русское из искусств 21.11.17 Пражские очерки 14.11.17 Пражские очерки 08.11.17 Пражские очерки 03.11.17 Пражские очерки 18.05.17 Киргизский водитель