Родное и заграничное

Алексей Козлачков, русский писатель и журналист.

Родился в подмосковном Жуковском в 1960 году. Окончил военное училище, затем несколько лет служил в Воздушно-десантных войсках, из них два с половиной года — в Афганистане (орден «Красной Звезды»). После окончания Литературного института в Москве работал в центральной печати журналистом, издавал собственные газеты и журналы. Печатался с очерками и рассказами в различных литературных изданиях. Широкую известность писателю принесла повесть “Запах искусственной свежести” (“Знамя”, № 9, 2011) об Афганской войне, которая в следующем году была отмечена «Премией Белкина», как «лучшая русская повесть года». В 2014 году издательство ЭКСМО выпустило большой том прозы писателя

С 2005 года живет и работает в Кельне. Много лет Алексей Козлачков в качестве гида возил по Европе русских туристов и делал об этом остроумные записи в своем блоге. В переработанном виде многолетние записки составили основу новой книги "Туристы под присмотром", очерки и рассказы из которой мы публикуем на нашем сайте. Кроме того, мы регулярно публикуем здесь очерки и рассказы писателя на самые разные темы — о жизни, политике, людях.

Блог Алексей Козлачкова на ФБ: facebook.com/alex.kozl

Почитательница Джойса читает электронную версию "Улисса" прямо на башне.
22 АВГ. 2019 | 15:37

Бык Маллиган, башня Мартелло и стрельба из пистолета в замкнутом помещении

Из заметок про Ирландию, путем главного героя романа "Улисс".

Мысль пришла ещё в аптеке Свени (где Блум купил лимонное мыло для жены), а войдя в музейчик знаменитой башни Мартелло, откуда начинается действие романа Улисс, мы еще больше в ней укрепились – все люди, имеющие отношение к Джойсу, все эти одинокие интеллектуалы-энтузиасты, поддерживающие память о нем и затягивающие нас в эту увлекательную игру "пройди по Дублину путем Блума" – все они говорят таким дружелюбно-вкрадчивым, суггестивно-щелестящим тихим голосом, которым обычно разговаривают психотерапевты с пациентом, лежащим уже на кушетке. Трудно представить, что эти люди могут орать, например, или грубить, ругаться. Только погружать в гипнотический сон с видениям. И еще все они эдак кротко и приветливо улыбаются, это вам не американская бизнес-улыбка до ушей, это другая – мягкая, сочувствующая человеческому существованию в принципе. Так и ждешь, что они еще к этой улыбке - положат тебе руку на жилетку, погладят и успокоят: "Тихо-тихо, Вася, не нервничай, всё уже позади, ложись вот сюда на кушеточку, милый, щас мы тебе почитаем Улисса нараспев, все забудется…".

Знаменитая башня Мартелло (Башня Джойса) где начинается действие романа.
Знаменитая башня Мартелло (Башня Джойса) где начинается действие романа.

И вот, добравшись, наконец, до этой башни, куда собирались наведаться, еще планируя путешествие, мы как раз встретили целых троих таких персонажей – служителей культа Джойса. Все трое были мужчинами уже немолодого возраста – около 60-ти или даже больше. Один, расплываясь в этой своей печально-прекрасной улыбке, побежал искать для нас по загашникам материалы на русском языке, хоть и не нашел, но все равно приятно. Другой в это время терпеливо объяснял трем мокрым молодым людям, забредшим случайно в башню от купальни и увидевшим, что вход бесплатный – почему бы не зайти, – объяснял кто такой Джойс, и что он здесь делал. Но, кажется, при всем обаянии, объяснил не убедительно – дальше входной стойки с литературой студенты не пошли и забесплатно.

СПРАВКА

Роман "Улисс" ирландского писателя Джеймса Джойса (1882 – 1941) многие историки литературы считают одним из наиболее значительных романов XX-го столетия. Написанный в 1917-1922 годах в Италии и Швейцарии был впервые издан в 1922 году (к сорокалетию Джойса) на английском языке в Париже американской издательницей Сильвией Бич, выход романа сопровождался обвинениями в порнографии и судебными процессами в Америке. Книга была запрещена до средины 30-х годов в США и Великобритании. Роман принадлежит к господствовавшему в то время литературному направлению модернизму и представляет собой описание одного дня (16 июня 1904 года) дублинского обывателя, еврея по происхождению Леопольда Блума. Герой блуждает по городу, выйдя утром и вернувшись пьяным поздно ночью, встречается с друзьями, участвует в похоронах, пьет и ест в кабаках, попадает в бордель, постоянно думает о своей жене Молли, которую любит и ревнует и т. д. И все это сопровождается потоком спонтанных внутренних размышлений и переживаний, который вместе с попутными разговорами и составляют текст романа, – стиль, получивший название "поток сознания". Блуждания Блума символически сопоставлены со странствиями древнегреческого героя Одиссея (Улисс – латинизированная форма его имени, отсюда и название романа) из одноименной поэмы Гомера. Роман оказал огромное влияние на всю последующую мировую литературу. К 50-летию описываемых в романе событий, то есть 16 июня 1954 года, группа энтузиастов и поклонников Джойса прошлись по Дублину "путем Бума", читая где надо отрывки из романа, правда до конца маршрута так и не дошли, в середине его сильно напились и дальше идти не смогли. С тех пор празднование "Блумсдея" среди поклонников творчества Джойса стало традицией не только в Дублине, но и во многих крупных и мелких городах в мире, в принципе, эту увлекательную игру можно устроить хоть в деревне Гадюкино. В описанной в очерке башне Мартелло происходит действие первой главы романа.

Башня эта – мощное каменное сооружение, военный форт с помещениями для небольшого гарнизона, арсенала и пушкой наверху, вращающейся на турели. Названа по имени мыса Мортелла на Корсике (затем название немного обангличанилось, поменялись гласные), где два английских корабля в 1794 году упорно и кровопролитно штурмовали подобное же французское сооружение. Форт англичане взяли, но были поражены боевыми возможностями небольшого укрепления с одной пушкой. Поэтому уже вскоре, в начале XIX века, ожидая нападения Наполеона, таких небольших фортов на одно-три орудия настроили вдоль побережья Англии и Ирландии довольно много: вокруг Англии 100, в Ирландии 50. Особенно густо их возводили вдоль Дублинской береговой линии – целых 28 башен. Наполеон так и не пришел, отвлекся на Россию, а потом ему уже стало не до того, чтобы штурмовать какие-то башни вдали от родины. И не пригодившиеся укрепления использовались как попало уже не в военных целях, а с некоторых пор, как раз через 100 лет после постройки – в 1904 стали сдаваться внаем под жилье.

Ну-с, помещения, скажу я вам, крайне неудобные и жить в них может только какой-нибудь полусумасшедший художник, бедный поэт, которому не хватает денег на нормальное жилье, но место и обстановка, надо признать, вполне романтические: одна небольшая каменная комната для житья, в лучшем случае метров 20 квадратных, с узкими бойницами вместо окон, за которыми шумит океан. Если хочешь больше океана, то можно выйти на крышу, туда, где раньше стояла пушка, тогда будет ещё больше и океана, и ветра тоже. В принципе – идеальное место для бедных поэтов, кем и являлись все в ней проживающие граждане.

Окно-бойница, через которую в комнату проникал свет.
Окно-бойница, через которую в комнату проникал свет.

В башне всего два этажа, в первом этаже было два небольших помещения, где помещался арсенал, и была комната сержанта – командира гарнизона, где вряд ли мог бы кто-то жить (кроме сержанта), – там даже и бойниц не было, только вентиляционные отверстия, больше похоже на склеп. Во втором этаже самая большая комната для гарнизона, а на крыше площадка для орудия. Вот жить было можно только в этой комнате с бойницами на втором этаже. Во времена Джойса, а также в романе, жильцами этой комнаты были три литератора, включая самого Джойса (Стивена Дедала), а "ответственным квартиросъемщиком" был ирландский поэт Оливер Гогарти – прообраз Быка Маллигана.

Ну-с, теперь небольшая цитата из знаменитого комментария к роману С. Хоружего, описывающая, что там происходило в романе и в реальности:

"Реальный план. Сюжет и герои эпизода весьма близко отвечают реальности. Стивен, как уже говорилось, - автор, Джеймс Джойс. Бык, он же Роланд МалахияСент-Джон Маллиган, - это дублинец Оливер Сент-Джон Гогарти (1878-1957), Хейнс - англичанин Сэмюэл Чинвикс Тренч. Все трое действительно жили в башне Мартелло - одной из сторожевых башен, выстроенных в эпоху наполеоновских войн. Характеры, занятия, отношения лиц в целом сохранены, и даже кошмары Хейнса с воплями про черную пантеру - факт жизни. Однако отклонения от жизненной подосновы тоже немалы и интересны. Образ Маллигана в романе - откровенная и жестокая месть бывшему другу, притом, едва ли заслуженная. Гогарти был циничен, бесцеремонен, любил грубые насмешки, возможно, что и завидовал дарованиям Джойса, однако предателем и интриганом он не был. Человек большой личной храбрости, небесталанный поэт, знаток античной литературы, он стал со временем заметным и уважаемым лицом в Ирландии (членом Сената в 1922-1934 гг.) и написал несколько книг, читаемых по сей день. Наклонность же видеть всюду предательство и измену - глубинная черта натуры самого автора. Следы ее многочисленны: тема предательства - сквозная нить, один из лейтмотивов романа. Конкретно же, в сентябре (а не июне) 1904 г. Джойс оказался без угла и без средств (кров родителей он оставил еще раньше), и Гогарти дал ему пищу и приют в башне, которую он нанимал (в романе платит за аренду Стивен). Отношения их, хотя и дружеские, не были гладки; оба были молоды, заносчивы и строптивы. В ночь на 12 сентября Тренч во время своего кошмара выпалил из револьвера, после чего успокоился и заснул. Когда же кошмар вскоре повторился, палить из револьвера начал ради забавы Гогарти, избрав мишенью полку с кухонной утварью над койкой Джойса. Последний, найдя это личным выпадом, испуганный и оскорбленный, тотчас оделся и ушел. С тех пор он твердо считал Гогарти предателем и врагом. Решение о литературной расплате родилось тут же".

В этих комментариях Хоружего мне всегда виделась какая-то тень почти что осуждения Джойса: обижаться как будто было и не на что, это дружеские шутки, подумаешь, с кем не бывает – пострелял над ухом у товарища, а он ушел, больно обидчивый. Это у меня всегда вызывало легкое недоумение. В "Портрете художника в юности" Стивен Дедал, как известно, альтер эго Джойса, признавался, что он боится оружия, что как будто объясняет его робость, поспешный уход из башни Мартелло и обиду на Гогарти. Прочитав изложение ситуации по разным источникам, могу сказать следующее: я вот оружия не боюсь, я, пожалуй, к нему равнодушен, никогда не испытывал к нему ни страха, ни какого-то, скажем так, экзистенциального интереса, который часто испытывают грузные вьюноши, успешно откосившие от армии. Но если бы в одной комнате со мной ночевали два явно ненормальных существа, не умеющих путем обращаться с оружием, один из которых палит напропалую по ночам в какую-то привидевшуюся ему черную пантеру из нагана, а второй для забавы стреляет в посуду на полке над моей головой, то я не только тотчас же свалил бы из этой башни навсегда, но и перед уходом постарался обманным путем завладеть пистолетом и отвалтузить на прощанье обоих евойной рукояткой по вдумчивым лицам, чтобы стали еще вдумчивее. И больше уже никогда с ними не встречаться, а пистолет бы выбросил в окиян-море. Так что в этой ситуации я, пожалуй, на стороне доходяги Джойса, а не Гогарти и его английского сокамерника. Не понятно только, как этот Гогарти еще столько лет в ирландском парламенте продержался, там, наверное, все были такие отмороженные.

Вот такие мысли снова прихлынули ко мне, когда я стоял в этом тесном поэтическом общежитии в знаменитой башне и подумал еще, что они все трое чудом уцелели после такой пальбы, поскольку стены там каменные, круглые, пространство небольшое и рикошеты неминуемы.

Так что полезно побывать на месте действия, вот я не знаю, Хоружий там был или нет? Он же должен, по идее, везде побывать, если уж такой роман перевел и такой мощный комментарий написал.

Музейчик здесь небольшой, вот эти самые две комнаты на двух этажах, точнее даже полторы: эта "сержантская" комната – чуть побольше кладовки, в ней экспозиция из личных вещей писателя и фотографий – две витрины, в одной издания и рукописи, в другой личные вещи, посмертная маска и небольшой сундук - чемодан, фотографии на стенах – вот и все. Из личных вещей – трость, жилет, гитара, очечник и знаменитый галстук, который Джойс подарил Беккету, а Беккет потом передарил его музею, и еще сундук – его, якобы, сам Джойс подарил жене Норе.

Личные вещи Д. Джойса и "галстук Беккета" внизу.
Личные вещи Д. Джойса и "галстук Беккета" внизу.

В жилой комнате на втором этаже, осмотревшись на местности, мы посочувствовали поэтам – в такой тесноте приходилось жить, втроем в одной комнате, сидели за одним узким столом, постоянное мельтешение друг перед другом. В экспозиции представлены всего две кровати, точнее кровать (очевидно, место Джойса) и как-то странно высоко висящий гамак, в романе – подвесная кровать. Во-первых, гамак ужасно неудобный – и мелкий, и высоко висит, во-вторых, там где-то должна была стоять еще одна кровать, их же было трое, а ей там и встать особо негд. Бедолажечки, не удивительно, что они всегда были в возбужденном состоянии и постоянно ссорились. Но каково же было моё изумление, когда на сайте башни я прочитал, что в этой комнате должно было жить 16 артиллеристов - гарнизон форта! Это даже трудно представить – разве что артиллеристы должны были спать вповалку на двухэтажных нарах, да и то валетом. Эх, жизнь артиллерийская! Она не такая сладкая и беззаботная, как ПОЭтическая, даже если сравнивать с бедными поэтами. А уж богатые-то поэты наверняка нашли бы себе что-то поприличнее.

Комната, где начинается действие романа "Улисс" и кровать Джойса.
Комната, где начинается действие романа "Улисс" и кровать Джойса.

Идея музея в башне принадлежит известному дублинскому архитектору Майклу Скотту, в 37 году он построил себе необычную виллу на незадолго до этого купленном участке на острие этого мыса, прямо рядом с башней. Судя по всему, он и участок покупал, имея в виду близость к башне, а в ее архитектуре, по собственному признанию, зеркально повторил полукружья башни, причем три раза на разных уровнях. Ну, и конечно, он был поклонником Джойса, и в 54-м году купил себе еще и башню с участком – буквально соседний, через забор; и вместе со своими друзьями, тоже поклонниками Джойса, основал там музей писателя, который был официально открыт в 1962 году – в Блумсдей 16 июня. На открытии присутствовала Сильвия Бич – первый издатель Улисса и вообще близкий Джойсу человек, Беккет приехать не смог, но вот прислал этот самый галстук.

Музей на общественных началах поддерживался стараниями энтузиастов и спонсоров, затем всё-таки получил какое-то финансирование от города; в 1978 году к башне был пристроен вестибюль, а то там даже стойку с книгами поставить негде было. В 2012 году, как написано на сайте, финансирование резко сократили и предложили посещение сделать только по записи. Но тут поднялась общественность этого пригорода – а это в 13-ти милях от центра на юг, поселок называется Сэндикоув, и у них это, надо сказать, единственная достопримечательность на весь поселок, еще, правда, пляж. Вот общественность поднялась и нашла, как я понимаю, какие-то деньги для поддержки музея, ну плюс еще и пожертвования. В результате, сейчас он работает бесплатно круглый год – 365 дней в году и ведет очень активную деятельность, душа радуется за этот поселковый музей. Там есть "Общество друзей башни", мероприятия среди почитателей Джойса проводятся чуть ни ежедневно, правда, в основном, это пенсионеры, но участие, как и денежные отчисления, никому не запрещены, а только приветствуются. Они проводят разнообразные культурные походы-выезды, чтения, принимают гостей, устраивают костюмированные спектакли и даже – не только джойсовские чтения, но и "джойсовские купания", как это происходит в первой главе романа. В общем, из башни мы вышли тоже в весьма благодушном настроении – легкого культурного опьянения от общения с приятными людями и всего увиденного – и пошли купаться.

Надо сказать, что нам было удивительно это равнодушие дублинских властей к явно перспективной (в туристическом смысле) достопримечательности, не говоря уж об определенной культурной ценности – не могли денег достаточно подкинуть, пустили на самоокупаемость и народную инициативу. Мы-то об них лучше думали. Чтобы посетить эту башню, в Сэндикоув прибывает ежегодно свыше 50 тысяч туристов, а больше-то туда и ехать незачем от центра, где сосредоточены основные памятники. Пляжей же везде полно, не только возле башни, чай, побережье.

Если же вернуться к тексту романа, то напомню, что первая глава открывается сценой в этой жилой комнате на втором этаже, где присутствуют все три персонажа и центральной фигурой предстает Бык Маллиган, который бреется, а за бритьем не переставая паясничает и кривляется, неприлично пародируя христианскую службу, тексты и христианский обиход в целом. Джойс явно старается изобразить его в возможно более неприглядном свете, создать отталкивающее впечатление, например, неоднократно использует эпитет "жирный" и т. п. Хотя по описаниям современников было известно, что жирным Гогарти не был, а был, скорее, атлетично сложенным, спортивным. Видимо, для субтильного Джойса-Стивена, всякий, кто не напоминал видом жертву туберкулеза, был "жирным". Сцена с этой цинической болтовней и совместным завтраком заканчивается тем, что друзья спускаются к купальне, но купается только Маллиган, Стивен уходит в город.

Любопытно, я где-то прочитал (готовясь к путешествию и после него много всего поначитался), что Гогарти не раз публично провозглашал, что считает свое появление в романе комплиментарным: он, дескать, там единственный, кто вообще моется, бреется и купается. Все это мы тоже проделали, включая купание в скалах у подножия башни, где купался Джойс с друзьями. Мы как раз доехали до башни 2 августа, и я к купанию был полностью готов, Атлантический океан вполне заменил городские фонтаны в день ВДВ.

Купание автора текста возле башни вслед за героями Улисса 2 августа 2019.
Купание автора текста возле башни вслед за героями Улисса 2 августа 2019.

Надо еще сказать, что на поездку к башне в пригород Сэндикоув (формально уже, вроде, считается Дублином) мы ухайдакали полдня, что для нашего краткого пребывания в городе, пожалуй, было дорогостоящим по времени выбором, жена поначалу отнеслась к этому с сомнением – непонятный транспорт, билеты, пересадки – это всегда сложно в чужой стране, увязнем, потеряем время. Я прочитал несколько инструкций по пользованию билетами в транспорте и так ничего и не понял, руководящие указания к маршруту до башни на разных сайтах – тоже противоречили друг другу. Даже гид наш не знала и путалась в показаниях, хотя спросили заранее. Логичней бы было ехать на автобусах, на перекладных, тем более, что у нас были единые проездные на городской транспорт на пару дней, но времени было жаль и поехали на такси.

Кроме полезной экономии времени получили еще одну попутную экскурсию – таксист просто не умолкал всю дорогу и рассказал про все, что знал и помнил, сообщил много полезных сведений, едва успевали наматывать на ус. И это заняло 40 минут! Вместо обещанных 30-ти на поезде или автобусе. А вот уж назад мы решил-таки воспользоваться своими билетами и, собственно, автобусом – и не пожалели, хотя поездка заняла больше часу! Ездили ли вы когда-нибудь на двухэтажном английском автобусе (а мне давно хотелось проехать) по пригородам ирландской столицы, по узким улицам на большой скорости, сидя вверху прямо у переднего окна, когда ветки деревьев на обочине несутся вам прямо в лицо? Если не ездили, значит вы и не были в Ирландии.Захватывающее впечатление – стоимостью всего в один проездной автобусный билет – словом, мы не пожалели об этом путешествии к башне во всех отношениях.

Август 2019