Родное и заграничное

Алексей Козлачков, русский писатель и журналист.

Родился в подмосковном Жуковском в 1960 году. После окончания военного училища более двух лет служил в Афганистане. Затем учился в Литературном институте в Москве, работал в центральной печати журналистом, издавал собственные газеты и журналы. Печатался с очерками и рассказами в различных литературных изданиях. Широкую известность писателю принесла повесть “Запах искусственной свежести” (“Знамя”, № 9, 2011) об Афганской войне, которая в следующем году была отмечена «Премией Белкина», как «лучшая русская повесть года». В 2014 году издательство ЭКСМО выпустило большой том прозы писателя. В начале 2020 года в издательстве Питер вышла новая книга избранных военных повестей и рассказов «Батальон в пустыне».

С 2005 года живет и работает в Кельне. Много лет Алексей Козлачков в качестве гида возил по Европе русских туристов и делал об этом остроумные записи в своем блоге. В переработанном виде многолетние записки составили основу новой книги "Туристы под присмотром", очерки и рассказы из которой мы публикуем на нашем сайте. Кроме того, мы регулярно публикуем здесь очерки и рассказы писателя на самые разные темы — о жизни, политике, людях. Блог Алексей Козлачкова на ФБ: facebook.com/alex.kozl

Знаменитый пражский Карлов мост.
08 НОЯ. 2017 | 14:54

Пражские очерки

Это начало очерков, одну главу из которых – о чешской армии и сопротивлении мы уже опубликовали Здесь предыдущая часть

Чехия — проходной двор Европы. Предварительные представления, первый "живой чех" с неожиданной стороны. Наши апартаменты, наш пражский гид, русский туризм. Особенности пражской красоты и городской застройки, палладианское преображение, сравнение с другими городами Европы, одухотворенное городское пространство.

В кои веки собрались куда-то поехать вместе с женой, что при наших обстоятельствах весьма затруднительно. По условиям задачи поездка должна быть короткой — чуть больше выходных — три дня, ну, допустим четыре.... Долго примерялись, искали, я звал в уже знакомые места, поскольку предпочитаю пристально разглядывать любимое, а не мозолить глаза об новое — в Италию, но – остановились на Праге, где оба почему-то не были. Уж в Праге-то все давно уже были, кроме нас! А она-то вот — под боком. Впрочем, Прага у всех под боком — и у России, и левее по карте, она такой европейский проходной двор с востока на запад и обратно. На ней же Европа и заканчивается – если смотреть на восток... Ну, то есть Западная Европа, конечно, и не столько территориально, сколько культурно-ментально. Чехия, прежде Богемия, испокон принадлежала к немецкому культурному и политическому ареалу, большую часть своей несамостоятельной истории бывшая частью Священной римской империи германской нации, а затем Австро-Венгерской империи Габсбургов, и получила независимость совсем уж недавно — после 1-й мировой и, кажется, еще не вполне с нею обвыклась. Тем не менее, сохранила-таки язык, свою культуру, славянскую мягкость/плавность, но и навсегда запечатлела в себе некую "промежуточность" национального сознания и культуры (и даже комплексов), свойственную многим национальным государствам в полосе, разделяющей страну бродящих по улице медведей и так сказать "густопсовый" Запад со всеми его Римами-Берлинами-Парижами.

И — да, Прага вполне освоилась со своим положением "проходного двора Европы" и даже извлекает из этого немалую выгоду: по туристической наполненности сопоставима с Парижем и знаменитыми итальянскими городам и превосходит немецкие. Уже в первый же день вспомнился русский эмигрантский анекдот 20-х-30-х годов. Встречаются два русских эмигранта в Париже, один спрашивает: "Ну, как тебе Париж?" Другой отвечает: "Ничего городишко, только французов больно много". Если в Праге бродить по Староместной площади и в ее ближайших окрестностях, не говоря уж о Пражском Граде (так называется Пражский кремль), то вполне можно сказать, что — "чехи здесь тоже попадаются".

Староместная площадь.
Староместная площадь.

Уже вернувшись домой в Кельн взялся вдогонку полистать главного чешского литературного классика 20-го века Карела Чапека, какового читал еще в институте — по основным сочинениям — Макруполосу и Саламандрам... (Он, кстати, хорошо издан еще при Советах — семитомное СС!! Скачал себе в пдф.) А тут взялся как раз за путевые очерки... Пишет он довольно-таки иронически, что, пожалуй, можно считать и национальным литературным качеством чехов, ежели вспомнить еще и Гашека, и даже офранцузившегося Кундеру (поверхностное зубоскальство). Я начал с очерков про Италию... Так вот, бывший там в начале 20-х годов 20-го века Чапек пишет, что среди непонравившегося в Венеции — это огромное количество туристов и что каждая привлекательная женщина в Венеции оказывается русской...

Ну, вот через почти сто лет можно сказать, что нынче бы пражанину Венеция не показалась особенно многолюдной и переполненной туристами, их сейчас и в Праге не намного меньше, только что улицы чуть шире... И с женщинами тоже самое, как некогда в Венеции показалось Чапеку: куды ни глянь, особенно на симпатичных — окажется, что женщина русская. Вообще русский язык звучит очень часто, чаще даже английского, что, в принципе, логично, ибо к России Чехия-таки ближе, чем к Америке и Англии.

Перелет, предварительные представления о Чехии, первый живой чех, забавное звучание языка.

Прямого рейса из Кельна не было или был в неудобное время, взяли с пересадкой в Вене. Лёту-то 45+35, и полутора часов нет, а с загрузкой-выгрузкой, да с пережиданиями захватило полдня, так что выйдя из дому в 8, в снятых апартаментах в Праге оказались около трех пополудни, слегка измочаленные, так что начали знакомство с Прагой с просмотра чешских снов в течении часа-полутора.

В дороге я мучил скачанные на планшет путеводители и пытался припомнить, что знал о Праге-Чехии прежде. Вот примерно в том порядке, как приходило на ум: Гашек-Швейк, "белочехи", Пражское восстание, Ян Гус и гуситские войны, бархатная революция, Кундера, Сметана, Дворжак, Форман, Богемия, Карл IV, Золотая булла, кротик из мультфильмов, хоккей, Альфонс Муха, Чапек, Гавел, Собор святого Вита, Карлов мост, пиво "Пльзень", Шкода-Татра, советский мотоцикл "Ява", долго не мог вспомнить популярного при Советах чешского певца с заразительной улыбкой — Карел Готт. Вот еще – личное: в Афгане выдавали чешские бронежилеты на липучках, супротив отечественных были куда как хороши, и легче, и удобней в носке, и что особенно практично — на липучках. Их, помнится, был дефицит. Иной раз даже на офицеров не хватало. У меня, кажется, появился только через год почти службы. Вспомнил еще, что жена любит чешские фильмы-сказки (напр., "Три оришки про Попелку", – три орешка для Золушки) и считает их лучшими в мире, к которым никогда не приблизится никакой Голливуд. Не так уж много на самом деле, тем более, что кое-что из названного знал только смутно. Вот кто Гус и что примерно натворил – помнил еще со школы, его деятельность хорошо освещалась в советской школе — как прогрессивная против "церковного мракобесия", но кто с кем воевал и победил во время "гуситских войн", я не помнил. И еще я подумал, что вот про Францию, например, или про Англию такой "предварительный список знаний" составлять было бы даже и бессмысленно, само составление отняло бы много времени.

И тут же пришло в голову, что до сих пор ни одного "живого" чеха я в жизни не видел, не то чтобы знаком не был, а даже вблизи никогда не видел. Ну, чтоб точно понимать — что вот, передо мной стоит чех или еще лучше — чешка. А тут как раз в Венском аэропорту "живой чех" повалил косяком, поскольку рейс уж был прямой до Праги.

Я приглядывался — пожалуй, видно, что не австрийцы, но что такого в них особенного, я спервоначалу не понял (позже понял, после двух дней пребывания – лица другие, и здесь не только "славянский овал", но и некий отпечаток, который накладывается на лица национальным характером, даже если оно у тебя и не овал). Русские же тоже в толпе отличаются, хотя одеты все примерно одинаково.

В зале ожидания напротив сели две чешки — мать и дочь, 45 примерно и 20. Ничего особенно примечательного в них не было, не говорили бы – и от австрийцев-немцев не отличил. Это мои первые "живые чехи" вблизи... Мать сидела лицом к нам, а девчонка все время крутилась, вставала и садилась, отбегала-прибегала, но больше все же – стояла и крутила задом. Вот этот "девицын зад" был самым примечательным в обеих, поскольку его мельтешение загораживало другие детали, в том числе лица. И не то чтобы он был особенно прекрасен и налит — знаете, как бывает - ого-го! – нет, вполне себе средний задик, даже, можно сказать, куцый, но обтянутый по современному женскому обычаю джинсами сверх всякой меры — как Фантомас маской с ушами. Сами джинсы доходили едва только до средины округлостей, так что верхняя часть довольно-таки худощавого объекта наблюдения в них не помещалась, а постоянно выпрыгивала на обозрение, то прячась, то оголяясь/отделяясь от продуманно короткой кофточки... Лицо девушки из-за этого удалось разглядеть далеко не сразу, оно не было красивым, но и безобразным тоже не было (при нынешних косметических технологиях это даже "удобное" лицо, без изъянов — можно нарисовать все что угодно), примерно по красоте на уровне зада, только немного превосходило его осмысленностью. Но сама девушка, видимо, так не считала, и загораживалась от человечества главной своей частью. Об этом впечатлении можно было бы и не писать, если бы я не заявил тему "первого увиденного мною чеха". Вот это и был первый "живой чех", то есть чешка, точнее ее часть.

И чтоб это не отдавало какой бы то ни было национальной ксенофобией, скажу, что на ее месте могли быть... приспущенные джинсы любой национальности.

И здесь же я впервые услышал звучащую чешскую речь... К тому времени я уже начитался-наслушался про комичность чешского языка и всевозможные обратные эффекты смысла для русских... Беспечность — безопасность, вонявка – духи и проч и проч, есть целые словари взаимных нелепостей. Но на слух, действительно, чешский язык поразил меня своей милой комичностью... Что можно, впрочем, объяснить и рационально: большое скопление сочетаний "чк", "чш", "чек", имеющих в русском уменьшительно-ласкательный смысл способствует комическому восприятию. Плучек, Волчек, Гашек, Чапек, а в просмотренном позже в отеле фильме агента 007 звали пане Бондчек, даже младенец Иисус у них – Ежишек. Такие суффиксы/окончания кого хочешь уменьшат, обласкают и сделают несерьезным — и топонимы, и фамилии, и саму жизнь (это умозаключение пришло ко мне уже несколько позже). Я, кстати, спросил у жены, для которой родные — немецкий и итальянский, кажется ли ей чешский смешным? Как славистка, она в университете изучала и чешский тоже, вместе с русским. Она ответила, что ей оба наши языка кажутся одинаково смешными и шипучими...

Да еще нагромождение согласных тоже бросалось в глаза (в уши), я как раз только что прочитал в какой-то исторической статье что "Чешские земли известны с конца IX века, когда они были объединены Пржемысловичами", и пытался несколько раз повторить фамилию собирателей чешских земель про себя. Получилось, но далеко не с первого раза.

Словом, я с азартом всасывал свои первые чешские впечатления в виде звучания языка и прекрасности musculus gluteus юной пражанки. Жена, кажется, ничего и не заметила, подключившись к аэропортовскому вайфаю.

Первые впечатления от города, апартаменты, гостиничное порно.

Как у большинства небогатых путешествующих, поездке предшествовал поиск вариантов передвижения и отелей. Слышали про возможность снять квартиру/апартаменты в любом городе, но никогда не пользовались. Вот сейчас как раз был именно такой случай, получалось по всему удобнее квартиру в центре, да сейчас еще в комплекте с перелетом и даже такси от этой же фирмы. В аэропорту Праги нас встречал с табличкой и нашей фамилией элегантный дядька лет 50-ти в черном костюме, больше похожий на сотрудника английских секретных служб из фильмов про Бонда, чем на таксиста. Любезно говорил по-английски с женой, но когда понял, что между собой мы разговариваем по-русски, сказал и по-русски несколько предложений довольно уверенно.

Миновав предместья, въехали в старый город, который сразу же захватил нас красотой фасадов, общей гармонией и теплотой. Апартаменты находились в самом центре — центрее уж некуда — возле Пороховой башни, 5 мин до Староместной площади и 5 же до Вацлавской — улица Рыбна 2 и распоряжался ими рядом стоящий пятизвездочный отель Гранд Богемия, через него всё и заказывали. Угловая квартира находилась на втором по-нашему этаже трехэтажного старого дома и представляла собой две просторные комнаты – гостиную и спальню, и еще были кухня и ванна/туалет. Половина окон выходила на парадный подъезд отеля "Гранд Богемия", другая половина на вот эту старинную улочку — Рыбна. Движение машин по этим улочкам было, но какое-то едва заметное, с сильным ограничением — такси, да еще какие-то машины, относящиеся к отелям и ресторанам. То есть движения машин почти не было, но зато движение пешеходов было круглосуточным. Кругом магазинчики, ориентированные на туристов, хорошие теплые августовские погоды, туристический сезон — толпа валила без передыху. Жить бы я здесь всегда не хотел, но на три дня "пражских каникул" – лучше не придумаешь: выйти вечером в тапочках покурить — и так, куря, добрести через две минуты до бывшего "Королевского двора", а ныне "Общественного дома" — самого красивого пражского здания (как многие считают), выстроенного в начале 20-го века в стиле модерн, с фресками на фасаде. А здесь и рынок, и башня средневековая, и дивидло (театр – по-русски) "Губерния" и вообще – жизнь бурлит даже ночью – площадь Республики.

Вид из окна. Магазин с алкоголем, который, кажется, и не закрывался.
Вид из окна. Магазин с алкоголем, который, кажется, и не закрывался.

В первую же ночь я высунул голову в окошко (было уже после часу) и увидел работающие магазины — один с плотно заставленной спиртным витриной, другой рядом – с сувенирами. Со спиртным закрывался вообще только под утро, а сувенирный, в котором в глаза бросались ласкающие русскую душу матрешки — к часу ночи. Вот зачем человеку ночью матрешка? Разве что человек очень пьян, тогда, конечно, без матрешек в Праге никак не обойтись...

Внезапно даже стихи сочинились, тоже прекрасные:

Выглянешь ночью в окошко

Воздух прозрачен тутошний

Слева бухло, а справа матрешки

И так круглосуточно...

Без матрёшек и в Праге никак.
Без матрёшек и в Праге никак.

Оказавшись в центре замечательного старинного города в люксовой квартире на три дня без всяких забот, мы возрадовались. А потом воспользовались мягкостью диванов и кровати, поспав с дороги. А потом пошли бродить по городу — музеи, еда, просто болтание, по Праге ведь, как нигде, лучше всего просто болтаться по городу, это мы постепенно поняли. В Праге "с культурой" покончить можно довольно быстро, а вот улицами старого города можно упиваться довольно долго. Все наши движения были запланированы заранее, как у самых добросовестных туристов — на вечер оставался музей Мухи, знакомство с окрестностями проживания, посещение рынка-супермаркета на площади Республики, поиск ресторана с ужином и поздняя вечерняя прогулка... А наутро нас ждал пражский гид и обстоятельное знакомство с городом.

Вечером в гостинице уже полумертвые, развалившись на огромном диване, тыкали в пульт телевизора. Телеканалы на всех языках... На первой же кнопке – русский, на русском какая-то сплошная порнуха... Ну, такая – софт-порнуха, без органов. Ядовито-русофобски настроенная жена (я забыл дома одну необходимую в дороге вещь) говорит: "Ну, разумеется, по русскому каналу показывают порнуху – это как раз то, что хотят видеть русские. Так что чехи лишь идут навстречу пожеланиям клиентов". Не поленился – нашел итальянский канал – тоже порнуха. И тоже, к сожалению, софт (зато накал русофобии немного притух)...

А вот по немецкому каналу уже самый настоящий хард – сплошные предвыборные дебаты! В Германии в эти выходные нашего пражского пребывания происходили как раз выборы в Бундестаг, и все ждали "правого реванша" АФГ.

Наш гид, русский туризм, экскурсия по Праге.

Наутро в 10, как и договаривались, нам позвонил гид, с которым было условлено все заранее по переписке. Мы спустились, нас, улыбаясь, встретил высокий, худощавый мужчина лет 50-ти, с узким красивым лицом в светлой шляпе средней широкополости, ну как ковбойцы носят, и в джинсовом костюме. Серж — представился он. За плечами был рюкзак, куда мы опустили прихваченную для него бутылку итальянского вина.

Он тоже работал для нашей русской туристической фирмы со штаб-квартирой в Германии, как и я... Еще пару лет назад двухэтажный автобус с русскими туристами из Германии (а в автобусе русские со всего света) отправлялся в Прагу каждую пятницу на выходные. А в года золотые, лет так пять-шесть назад, и вовсе двухэтажка собиралась по два раза в неделю, а то и по два автобуса одновременно. Думаю, в эти светлые годы Серж работал только на нас, на большее просто не оставалось времени. Но после украинского кризиса все не так радужно, русских туристов, особенно в нашем сегменте бизнеса, стало меньше, так что Серж ищет работу где-то в другом месте. Он работает с некоей пражской туристической фирмой, которая дает ему заказы на работу именно с русскими туристами. Он говорит, что после некоторого кризиса и оттока русских туристов, сейчас интенсивность постепенно нарастает, работы ему хватает. При этом он работает только с русскими. Он некогда окончил университет, где изучал русский язык и литературу, бывал в России, жена у него из Белоруссии — тоже экскурсовод. Русский у Сержа очень хороший, почти без акцента, обращение приятно-сдержанное, неторопливое, мне показалось, что такая манера свойственна многим чехам. Не порывистая холеричность, как у итальянцев, например, а степенная почти флегматичность. Но не угрюмая, как зачастую, у нас, русских, а внимательно-вежливая. Прежде знакомы мы не были, нас свели коллеги перед поездкой.

Экскурсию по Кельну более трех часов я бы посоветовал только врагу. И внимание притупляется — это уж я хорошо знаю, да и нет в Кельне столько достойных достопримечательностей, чтоб больше трех часов между ними бродить, все было разбомблено. Притом, что Кельн и Прага по численности примерно равны – чуть больше миллиона жителей в каждом, а по возрасту Кельн даже существенно древнее, еще римский город, и даже кое-что из римских развалин, хоть и немногое, сохранилось — стены, арки, канализация, дворец претора. Но Серж написал мне, когда договаривались, что полная экскурсия по Праге, по левому и правому берегу, заняла бы в один день часов 5 или два дня по три часа — это стандартное предложение и по цене одинаковое. Меня это приужахнуло — и из сочувствия к коллеге, ну и, как я предполагал, все же это будет не дешево... Хоть Серж и настаивал на том, что дружеская услуга. Чем поставил меня в еще более неловкое положение: услуга услугой, коллеги и все такое, но сам бы я четыре-пять часов болтаться, рассказывая о городе, мог бы только ради очень хороших друзей, а тут — даже и знакомы-то не были, просто работали в одной фирме, но в разных концах Европы. Сговорились на том, что он начнет и продолжит, а закончит, когда мы запросим пощады. С женой же мы договорились, что заплатим ему, может, и с дружеской скидкой, но более-менее полную стоимость экскурсии, не будем эксплуатировать его дружеские чувства.

Надо сказать, что Серж оказался прекрасным экскурсоводом: человек образованный — университет-таки, и вырос здесь, и знает не только русский язык, но и очень прилично русскую культуру, что в ретрансляции собственной имеет большое значение. Так что это была не столько даже экскурсия, а какое-то взаимное вдумчивое неторопливое собеседование. Иногда нам казалось, что уж больно неторопливое. Серж никуда не спешил, и мы медленно продвигались по оказавшемуся необъятным городу, и здесь было на что смотреть...

Счастливый город прекрасно сохранился во все передрягах 20 века – и в первой, и во второй мировых войнах. Его почти не бомбили и, тем более, целенаправленно не разрушали, как старые русские города разрушали большевики, уничтожая храмы — центры городской архитектуры. Всем этим мы и воспользовались, рассчитывая на Сержево чувство меры...

Однако Серж оказался верен себе, либо данному нам слову – и перестал рассказывать только когда уж мы, действительно, взмолились, сделав гигантский пеший круг по городу и всего один раз присев перекусить. В результате, этот грандиозный обход занял у нас около 7 часов! Именно столько длится моя экскурсия по Риму, и в конце ее туристики ползут к автобусу по-пластунски. Ну, мы, гиды, народ, конечно, более выносливый, чем остальные смертные, но ноги у меня гудели, у жены тоже, да и Серж выглядел устало, особенно сел голос и конец экскурсии он говорил уже в микрофон. Расстались уже совсем друзьями (изо всех сил пытались всунуть ему денег), он еще надавал нам кучу советов о том, как нам дальше жить, куда идти, что посмотреть, где поесть. Мы обнялись, расцеловались и разошлись. И после короткого отдыха пошли искать правильный чешский ресторан по наводке Сержа.

Особенности пражской красоты и городской застройки, палладианское преображение, сравнение с другими городами, одухотворенное городское пространство.

На третий день блужданий по городу пришло ясное понимание, что Прага — это самый красивый из больших городов Европы, мне было с чем сравнить, только экскурсии вел по 20 примерно европейским городам, а то и больше, включая Рим, Париж, Амстердам, Брюссель, в остальных бывал, ну, кроме Лондона... И бывалая тоже жена со мной согласилась. Со скорбию в сердце должен сказать, что даже красивее итальянских городов, по крайней мере, гармоничнее...

Итальянские города неисчерпаемы, удивительны, неповторимы (ни один не похож на другой, у каждого свой визуальный образ), в них можно влюбиться в каждый по отдельности и во все вместе, но в Праге все же больше архитектурной гармонии, меньше хаоса и эклектики многовековых напластований... При этом до любви к Праге мне лично очень далеко, и вряд ли это когда-нибудь произойдет.

Итальянские города часто именно сумбурно-эклектичны, в них, как правило, соединяются разные эпохи в городской застройке, причем очень разные — от античности до 20 века, а это не всегда благоприятно отражается на внешнем виде города и его улиц. Взять хоть Рим... Казалось бы, Прага и рядом не валялась по насыщенности архитектурой, по количеству шедевров, эпох, культурных ценностей... И, тем не менее, Прага красива единогласно, мало кто считает иначе, а вот после Рима группа туристов в моем автобусе делилась примерно наполовину — Рим многим не нравился, шумный, пыльный/грязный, хаотичный, так чтоб целая улица была красивой – такого практически нет, есть отдельные дворцы, виллы и церкви... Остальное все слишком густо обсыпано "пылью веков", перед которой можно "благоговеть", "замирать в священном трепете", если ты в принципе способен на такой трепет, но не всегда можно любоваться.

Бывают и более или менее одностильные итальянские города, такие как Сиена, Феррара, Падуя и многие тосканские города, но это одностильность средневековья, когда дом был просто "местом для житья" (к этой идее вернулись при Советах и в "конструктивизме") или даже "моей крепостью" как в Сан Джиминиано, Вольтерре, Кортоне и других городах, где хорошо сохранилась именно средневековая застройка. Тогда еще не было идеи внешнего оформления дома, не было и идеи фасада применительно к городскому жилому дому. Даже и церкви строили без красивых фасадов, зачастую пристраивая к ним роскошные фасады как отдельные строения спустя несколько веков после строительства самой церкви. Римские же (античные) дома тем более фасадов не имели, а имели только забор — каменный или кирпичный.

Пражские улицы являют собой приятную гармонию архитектуры.
Пражские улицы являют собой приятную гармонию архитектуры.

Идея фасада как гармонического целого появилась только в Возрождение во Флоренции, затем стала развиваться, и вершины достигла в 16-м веке, когда фасады домов украсились палладианскими (античными по происхождению) колоннами. Вся революция которого ("палладианская революция") заключалась в том, что Андреа Палладио – архитекттор из Венето, стал храмовые портики и, в целом — ордера древнеримских храмов, приставлять куда попало — к виллам, к городским домам, чуть ни к сараям... И так преобразил мир! Многие итальянские города сложились до палладианского преображения, в Прага – после и не была разрушена, в этом секрет ее красоты и гармонии.

Вместе с идеей городского фасада жилого дома приходит и идея осмысленного гармонически городского пространства, где каждый дом, пусть и с грандиозным фасадом, но часть целого ансамбля. Кроме того, и фасад надо спланировать такой, чтоб он идеально вписывался именно в городскую, как правило, неширокую, европейскую улицу. Виченца — небольшой венетский городишко — европейская лаборатория гармонии городской архитектуры – какая колонна, какой ордер куда вписать, какой величины окна, двери, этажи. Именно тогда закладывается главная мера всякого строения и, в более широком смысле – деяния, это заново пережитая в Возрожение античная максима — "человек есть мера всех вещей". Причем ежели сейчас мы, пожалуй, воспринимаем эту мысль более философически, то в Возрождение она трактовалась прежде всего геометрически. Гармония рассчитывалась как соотношения членов человеческого тела, мы помним наглядное пособие — рисунок Леонардо "витрувианский человек", отчеканенный нынче на итальянской монете в 1 евро.

Постепенно утвердилось, что дома должны быть не более 4-5 этажей, максимум, в виде редкого исключения — 6, ширина улицы 15- 20 метров. Что и наблюдается в Праге везде в Старом городе. Именно такие масштабы строений и организации городского пространства в целом и создают пресловутое чувство "городского уюта" (столь вожделенное нами, жителями постсоветских городов-коробок), где пространство улиц является, в какой-то степени, продолжением дома, квартиры хотя бы психологически.

Ежели пространство квартиры ощущается интимным (если у человека нет приема на дому), то пространство прилегающей улицы при такой организации пространства — это не полностью враждебная чужбина — это переход, чистилище, открытая гостиная, наполненная друзьями, родственниками и знакомыми. На протяжении ста метров в одну и другую сторону ты встречаешь хорошо знакомые лица, с которыми ты здороваешься — продавцы и хозяева магазинчиков, лавок, парикмахерских и кафе. Это твоя деревня в большом городе. А в современных городских агломерациях с микрорайонной застройкой "чужбина" начинается уже на лестничной клетке, соседи выше-ниже почти враги. Это и есть ощущение городского уюта и гармонии, в значительной степени обусловленное размерами строений, но еще и эстетикой, гармонией застройки... И главное в этом ощущении уюта и вообще – дружелюбности, невраждебности пространства — это соразмерность и сообразность строений и общих масштабов улицы росту и, я бы сказал, самоощущению человека. Именно это дает ему возможность передвигаться в душевно близком пространстве, подготавливая себя к полному переходу в — "большой мир", пусть он начинается и на следующей улице.

Чехам, пражанам повезло. Их город со своим необъятным историческим центрам не был подвержен разрушениям в мировых катаклизмах и состоит почти целиком из застройки 19-начала 20-го века, с небольшими вкраплениями барокко и классицизма, и совсем редкими - готики и стиля возрождения. Доминанта 19-го века в застройке с его изящными "историческими стилями" и дает эту зримую красоту и гармонию городского пространства, и так вплоть до модерна включительно, дальше уже идет архитектурно исковерканное пространства новых кварталов. Оно в небольших количествах есть и в Праге. Можно, конечно, поехать и посмотреть на шедевр деконструктивизма, какой-то там кривой/косой дом (он же "танцующий") середины 90-х, но мы не поехали.

В Париже, например, тоже основу исторической застройки составляет 19-й век, однако в Париже в 19-м веке увлекались прорубанием прямых пространств и радиальных линий, своего рода, имперская гигантомания. В нем, конечно, есть "уютные" кварталы — типа фрагментов Латинского квартала, Одеона, Сен-Мишель, пляс Контэскарп... Но большинство исторической застройки сильно отдает Наполеоном III и "близкой сердцу человеческому" эту застройку никак не назовешь. Прага же вся и уютна и одновременно красива, что не всегда совпадает (тот же Париж красив, но неуютен, многие итальянские города уютны, но "красивость" их вызвала бы споры).

Прекрасный вид открывается на город и с нескольких оборудованных видовых площадок Пражского Града. Эти виды мне напомнили немного Флоренцию — река посредине, исторический мост, яркий город между холмов...

Словом, благословенная Прага – самый красивый город Европы... В этом мнении мы только укрепились за все дни пребывания там.


04.07.20 Немецкий поход и как в нем выжить без пива и компаса 27.03.20 Ирландские очерки, заключительная часть. Скалы Мохер – декорации к Гарри Поттеру 10.02.20 Ирландские очерки. Великий картофельный голод и крепость короля Джона 30.12.19 Любовница Рафаэля 19.12.19 Ирландские очерки. Ирландский язык, полиглот Мэрфи и во что одеты дублинские женщины 05.12.19 Декан Свифт и дублинские пьяницы 25.11.19 Ирландские очерки. Архитектура, музыка и запах старых библиотек 17.11.19 Ирландские очерки. Путем Блума через пабы 11.11.19 Ирландские очерки. Литература, Гиннес и всепобеждающая хореография 22.08.19 Бык Маллиган, башня Мартелло и стрельба из пистолета в замкнутом помещении 26.12.18 Венские очерки. "Чувство Вены" 11.12.18 Венские очерки. Гламурная икона XIX века и трудоголик Франц 05.12.18 Венские очерки. Штрудель, Захер, Гофмансталь 15.10.18 Венские очерки. Самое русское из искусств 21.11.17 Пражские очерки 14.11.17 Пражские очерки 08.11.17 Пражские очерки 03.11.17 Пражские очерки 18.05.17 Киргизский водитель 22.02.17 Свободная страна свободной поэзии